Законопроект об общей амнистии



Амнистия Кайо и Мальви – двух видных радикальных политиков, являвшихся накануне первой мировой войны сторонниками франко-германского сближения, а во время ее – компромисса с центральными державами и приговоренными при диктатуре Клемансо к тюремному заключению за «связь с врагом», была давно решенным делом: Картель видел в ней средство покончить с попытками правых постоянно шантажировать своих политических противников обвинениями в «антипатриотизме». После бурных дебатов, сопровождавшихся взаимными оскорблениями, даже драками между депутатами, Кайо и Мальви были амнистированы.

b-29





Гораздо труднее оказалось принятие законопроекта об общей амнистии, под которую подпадали моряки – участники восстания на Черном море, а также железнодорожники и учителя, уволенные в связи с забастовками 1920 г. Под давлением Сената, где позиции правых партий были более прочными, чем в картелистской Палате депутатов, окончательная формулировка закона не распространялась на капитана Жака Садуля и Анри Гильбо, посланных в Россию во время гражданской войны и перешедших на сторону Советской власти, а также не принуждала частные железнодорожные компании принять уволенных обратно на работу в обязательном порядке. Переговоры правительства с компаниями окончились фактической победой последних.

Еще менее последовательным был курс кабинета в: одном из основных пунктов картелистской программы – в вопросе о защите светского характера государства и школы: ввиду яростного сопротивления клерикалов светское законодательство не распространялось на департаменты Эльзас-Лотарингии, где остался в силе наполеоновский конкордат между французским государством и Ватиканом, а отмена кредитов на содержание посольства при Ватикане, вотированная 314 голосами против 230 в Палате депутатов, оказалась формальным жестом – после падения Эррио кредиты вновь были восстановлены. Запрещенные монашеские конгрегации продолжали свою деятельность, в том числе преподавательскую. Это свидетельствовало о постепенном оттеснении на задний план новыми проблемами социально-экономического и международного порядка традиционного политического водораздела между левыми и правыми лагерями во Франции, проходившего по вопросу об отношениях между государством и церковью.

Половинчатость, непоследовательность правительства подвергались острой критике со стороны коммунистической партии: «Партия показывает, как пацифистские фразы радикалов и социалистов, заменившие шовинизм Национального блока, скрывают империалистический характер внешней политики, по-прежнему продиктованной монополиями. В частности, она разоблачает обманчивый характер фраз о разоружении и мире в то время, как Картель продолжает политику гонки вооружений «Национального блока»». Коммунисты вместе с УВКТ организовали ряд крупных демонстраций против плана Дауэса, за полную амнистию, провели «международную неделю борьбы против войны» и т. д.

В таких условиях социалисты, вынужденные считаться с воздействием ФКП на рядовых членов и избирателей партии, должны были так или иначе демонстрировать свою самостоятельность. На сессии Национального совета СФИО и XXII съезде партии (ноябрь 1924 г., февраль 1925 г.) левое крыло – Брак, Жиромский, отчасти Лонге – настаивало на предъявлении правительству более жестких требований (в частности, в связи с проблемой восстановления на работе уволенных железнодорожников)