Забастовочное движение во всех отраслях промышленности



b-118

Наконец, к началу июня забастовочное движение охватило практически все отрасли промышленности и районы Франции. В нем впервые приняли активное участие такие категории трудящихся, которые еще в недавнем прошлом были весьма далеки от классового самосознания, неорганизованны и избегали коллективной защиты своих интересов, – торговые, банковские служащие, печатники, портные, работники сферы обслуживания (гостиниц, кафе, ресторанов, парикмахерских, ремонтных мастерских), ювелиры, фармацевты и т. д. «Это движение было неодолимым, ибо оно било из самого глубинного источника – народа, – писал историк французского рабочего движения Доллеанс.- Могучая волна подняла весь рабочий класс вплоть до самых мелких предприятий, самых маленьких населенных пунктов». По официальным данным министерства труда, в июньских стачках приняли участие свыше 2 млн. рабочих, занятых более чем на 12 тыс. заводов и фабрик.





Наиболее характерной чертой этих стачек был отказ рабочих покинуть территорию предприятий вплоть до полного удовлетворения их требований (les greves sur le tas). К подобной тактике, парализовавшей попытки хозяев использовать штрейкбрехеров или объявить локаут, французские трудящиеся прибегали не впервые – в условиях роста безработицы ее не раз применяли шахтеры и металлисты северо-западных районов страны. Если, однако, до сих пор предприниматели всегда имели возможность в случае необходимости вызвать полицию и очистить помещения от бастующих, то теперь применение силы оказывалось крайне затруднительным. Впоследствии Альбер Сарро отмечал, выступая в Сенате, что сами хозяева вынуждены были отказываться от вмешательства полиции (кстати, далеко не всегда надежной) из опасения серьезного кровопролития. Единственной реальной властью на предприятиях, охваченных стачками, оказались не их владельцы, а забастовочные комитеты, без разрешения которых доступ на Заводскую территорию для прежнего руководящего персонала был запрещен. «Обычные психологические рычаги командования внезапно сломались. Рабочие не думали подчиняться, а хозяева- отдавать приказы. Руководителям предприятий, директорам… казалось, что они живут в нереальной атмосфере – не столько в кошмаре, сколько во сне, как в пьесах Пиранделло»- писал видный идеолог предпринимательского движения Жан Кутро.

Все очевидцы июньских забастовок 1936 г., даже откровенно враждебные Народному фронту, единодушно констатировали исключительную дисциплинированность рабочих. Забастовочные комитеты налаживали координацию между отдельными отрядами стачечников, обеспечивали снабжение и быт рабочих, которые день и ночь оставались на своих постах, поддерживали связь с профсоюзными организациями в масштабе всей страны. На занятых заводах и фабриках, над которыми часто развевались красные флаги, царил образцовый порядок. Отряды профсоюзных активистов следили за сохранностью оборудования, потребление крепких спиртных напитков было строго запрещено. Жены, дети забастовщиков приносили им еду, которую лавочники, владельцы небольших ресторанов охотно отпускали в кредит, сочувствовавшие Народному фронту артисты давали концерты в цехах. На предприятиях царило приподнятое, радостное, праздничное настроение.

Именно эта атмосфера спокойной уверенности пролетариата в своих силах произвела особенно паническое впечатление на буржуазию. Предприниматели, почувствовавшие угрозу святая святых капитализма – принципу частной собственности на средства производства, испытывали небывалую растерянность и страх. По инициативе кабинета Сарро в конце мая начались переговоры между хозяевами и рабочими некоторых металлургических заводов, возобновивших производство. Но уже 3 июня предприниматели категорически отказались их продолжать, пока рабочие не очистят территорию заводов, а правая печать принялась запугивать крестьянство, городские средние слои призраком «большевизма».