XXIV съезд радикалов в Париже



XXIV съезд радикалов в Париже (октябрь 1927 г.) толковал понятие «республиканская дисциплина» иначе – он призвал избирателей голосовать за кандидатов, «полных решимости развивать достояние республики путем реформ, в условиях мира и защищать его как от социальной, политической и клерикальной реакции, так и от коммунизма»2. Тем не менее, несмотря на участие министров-радикалов, включая Эррио, в кабинете Пуанкарэ и сочувствие трех четвертей парламентской группы продолжению такого участия, органическое вхождение партии в предвыборную коалицию «национального единения» было отвергнуто подавляющим большинством Победу одержало левое крыло во главе с Эдуардом Да-ладье – лидером «молодых радикалов», который был избран председателем партии при поддержке активистов низовых комитетов. Он выдвигал лозунги укрепления партийной дисциплины, более строгого контроля департаментских федераций и комитетов над парламентариями. Новое руководство приступило к вербовке рядовых членов, налаживанию пропаганды, укреплению организационной структуры партии. Принятая съездом программа-минимум включала пункты о необходимости контроля нации над фактическими монополиями.

Таким образом, накануне выборов 1928 г. в левом лагере наметились две тенденции: с одной стороны, к углублению раскола между крайне левыми (ФКП) и левым центром (СФИО, радикалы), с другой – к возобновлению контакта между основными левоцентристскими группировками, прерванного в разгар финансового кризиса летом 1926 г. Если первая тенденция свидетельствовала об отсутствии субъективных предпосылок для прогрессивных социально-экономических преобразований, то вторая говорила о том, что основная масса трудящихся, представителей средних слоев города и деревни остается враждебной политическому господству реакции.





Эволюция внутри правого лагеря вполне подтверждала обоснованность недоверия, которое питали к нему радикально-демократические круги республиканцев1. Чем увереннее чувствовали себя правые у кормила власти, тем успешнее реакционно-клерикальные группировки, впервые после 1919 г. вошедшие в состав правительственных коалиций, задавали в них тон, тесня умеренно консервативные группы правого центра, навязывая им все более вызывающие, провокационные мероприятия и затрудняя тем самым продолжение политики «концентрации», союза с радикалами.

b-107

Если съезд Демократического альянса 26 ноября 1927 г. выдвигал лозунги, враждебные СФИО, но имевшие целью сохранить сотрудничество радикалов с коалицией «национального единения» (поддержка Лиги наций и политики Локарно в рамках Версальской системы, введение протекционистских таможенных тарифов в пользу сельского хозяйства и т. д.), то программа, принятая на съезде Республиканской федерации 7 декабря, уже делала такое сотрудничество гораздо более затруднительным. Она требовала не только гораздо более жесткой внешней политики, направленной своим острием как против Германии, так и против СССР, уменьшения прямых налогов на имущество, ликвидации государственных монополий, отмены восстановленной под нажимом радикалов избирательной системы голосования по мелким округам, но и включения в конституцию гарантии «свободы образования», т. е. отказа от светских законов о школе, которые рассматривались радикалами как их главное завоевание.

В 1927 г. Анри де Кериллис, один из лидеров крайне правой Республиканской федерации (носившей в тот момент в Палате депутатов название Республиканско-демократического союза), связанный с кругами мятежных лиг, основал Пропагандистский центр национальных республиканцев, рупором которого служила милитаристская и националистическая газета «Эко де Пари». Центр организовывал предвыборные митинги правых партий, печатал плакаты, а главное – проводил в предпринимательских кругах сбор финансовых средств в пользу реакционных кандидатов. В предвидении выборов правые впервые создали также особый комитет под председательством Мажино, который определял, кто из кандидатов консервативных группировок должен остаться во втором туре перед лицом левых.

«Почему нельзя управлять при опоре на правых? До сих пор это не удавалось никому, во всяком случае в течение долгого времени, ибо во Франции правые – это не только и даже не столько консерваторы, сколько церковь, то есть, пользуясь жаргоном радикалов, реакция… Чтобы привлечь основную массу избирателей справа, нужно добиться поддержки священника. Что же происходит в таком случае? Правительство, опирающееся па правых, даже если оно состоит из левых деятелей, вскоре окружают компрометирующие покровители, лица, прекрасно известные провинции, где республика немедленно узнает тех, кто всегда боролся против нее. В результате, когда церковь в конце концов выступает на авансцену, требуя вознаграждения за свою помощь, страна немедленно чувствует это и решительно сопротивляется…» 1 – отмечал Андре Зигфрид.