Вспышки борьбы французского пролетариата



b-13

Вместе с тем рабочий класс оставался лишь меньшинством трудящегося населения. Распыленный по мелким полуремесленным предприятиям, изолированный в редких, немногочисленных промышленных районах среди океана крестьянских хозяйств, испытывавший повседневное всепроникающее влияние мелкобуржуазной стихии, он был плохо организован, не располагал эффективными орудиями борьбы в виде массовых, дисциплинированных партий, профсоюзов типа британских или германских.





Его недовольство растрачивалось на отдельные вспышки бурных движений, зачастую проникнутых анархо-синдикалистскими взглядами. Чудовищные побоища июня 1848 г. и «кровавой недели» в мае 1871 г. (когда 20 тыс. человек были расстреляны без суда и следствия, 50 тыс. арестованы, а впоследствии 13,5 тыс. приговорены к смертной казни, каторге, изгнанию) надолго обескровили рабочий класс. «Франция как бы исчерпала силы пролетариата на два геройских, давших необычайно много во всемирно-историческом смысле, восстания рабочего класса против буржуазии в 1848 и в 1871 годах»1,- писал В. И. Ленин. Во время первой мировой войны Ленин подчеркивал, что «с 1871 года наступил перерыв в революционной борьбе французского пролетариата, хотя этот перерыв, каким бы продолжительным он ни был, не устраняет нисколько возможности того, что в грядущей пролетарской революции Франция проявит себя, как классическая страна борьбы классов до решительного конца».

«Прокладкой», буфером, смягчавшим столкновение между взаимоисключающими силами буржуазии и пролетариата, долгое время служила компактная масса мелкособственнических слоев города и деревни, составлявшая вплоть до начала XX в. большинство населения страны и обеспечивавшая своей инертностью относительную устойчивость системы классового господства буржуазии.

Решительная расчистка почвы от мелкособственнических слоев, прежде всего крестьянства, всегда является необходимой предпосылкой ускоренного развития капитализма по индустриальному пути. Но для французской буржуазии такая расчистка оказывалась чересчур рискованной, ибо она остро нуждалась в поддержке крестьянских масс в борьбе не столько против реставраторских поползновений феодального дворянства, сколько против революционного движения пролетариата, который очень рано выступил на арену активной политической борьбы. Поэтому правящие круги Франции вынуждены были постоянно считаться с деревней при определении общего курса таможенной и налоговой политики страны. Высокие протекционистские тарифы и преобладание косвенных налогов, менее чувствительных для сельской буржуазии, чем прямые, замедляли дифференциацию французской деревни. Маркс не раз подчеркивал, что сила буржуазного порядка – в среднем классе. К Франции времен Третьей республики это относилось, пожалуй, больше, чем к любой другой стране.