Внешняя политика правых кабинетов



b-42

Аналогичный эффект имела и внешняя политика правых кабинетов. На протяжении 20-х годов водораздел между правыми и левыми буржуазными группировками более или менее совпал с границей, разделявшей националистов – сторонников последовательной защиты любой ценой Версальской системы при опоре прежде всего на военную силу Франции, ее внешние союзы в Восточной Европе и «пацифистов» – защитников курса на частичную ревизию Версаля как единственного способа сохранить его основу, обеспечить постепенное преодоление антагонизма между победителями и побежденными в рамках Лига наций, Локарно, планов Дауэса и Юнга, упрочить контакт с Англией и США. В период господства Национального блока (1919-1924 гг.) преобладала первая тенденция, после провала рурской авантюры Пуанкарэ (1924-1929 гг.)-вторая. Полоса относительной стабилизации французского капитализма прошла под знаком сочетания откровенно реакционной внутренней, в том числе экономической, политики Пуанкарэ с окрашенным в пацифистские тона внешнеполитическим курсом Бриана. Если первая обеспечивала правительству твердую поддержку правых партий, то второй давал ему возможность смягчать оппозицию левого центра, не встречая в то же время активного противодействия в правом лагере.





Банкротство бриановского курса в ходе мирового кризиса, воочию продемонстрированное неудачей проекта «пан-Европы», плана Юнга и переговоров о разоружении, существенно изменило расстановку партийно-политических сил. Расчеты на то, что частичные уступки побежденной Германии укрепят в ней позиции буржуазно-либеральных и социал-реформистских элементов – сторонников постепенной ревизии Версаля путем сотрудничества с державами-победительницами, в том числе Францией, не оправдались: под ударами кризиса в Германии, охваченной массовой безработицей, все выше поднималась мутная волна гитлеризма. Национал-социалистская партия собрала на выборах 19 сентября 1930 г. 5,5 млн. голосов и увеличила свое представительство в рейхстаге с 12 до 107 мест. Ее центральными лозунгами в предвыборной кампании служили требования ликвидации плана Юнга и отмены военных ограничений Версальского договора.