Спекуляция против франка



Спекуляция против франка, развернувшаяся на иностранных биржах, поставила под угрозу сохранение золотого запаса Французского банка. Стремясь приостановить утечку золота и одновременно изыскать средства для казначейства (бюджетный дефицит достиг 30-35 млрд. франков), Шотан и Боннэ потребовали предоставить кабинету чрезвычайные полномочия, которых не удалось получить Блюму. Поскольку теперь правительство отказалось применять какие-либо принудительные меры в отношении владельцев капиталов, ему удалось добиться благоприятного вотума Палаты (374 голосами против 206), причем коммунисты голосовали за проект, а Сенат временно прекратил свою оппозицию. На основании этих полномочий были приняты декреты о значительном увеличении ряда налогов.

Новые авансы Французского банка казначейству в размере 15 млрд. франков привели к усилению инфляции, заставили прекратить размен банкнот на золото и пересмотреть золотое содержание франка (т. е. подготовить очередную девальвацию). Бегство капиталов за границу, спекулятивные маневры банков против государственных облигаций продолжались. За первую половину 1937 г. утечка денежных средств из Франции составила 22 млрд. франков. Золотой запас в 1934-1937 гг. сократился со 160 млрд. до 79 млрд. франков2.





Результатом оказался заметный рост цен, больно ударивший по трудящимся, которые как раз в этот момент начинали испытывать на себе тяжелые последствия нового мирового экономического кризиса: к концу 1937 г. число безработных заметно увеличилось, а индекс промышленного производства снизился. В ответ уже летом 1937 г. вспыхнули забастовки в ряде отраслей промышленности, среди железнодорожников, служащих гостиниц, моряков речного флота, работников предприятий коммунального хозяйства, чиновников государственных учреждений и т. д. сопровождавшиеся занятием заводов. Премьер Шотан лавировал, то открыто становясь на сторону предпринимателей и угрожая прибегнуть к силе для «восстановления порядка», то предлагая посреднические услуги правительства в конфликтах между трудом и капиталом, заранее обреченные на неудачу. «Кабинет под руководством радикалов в конечном счете проводил, не афишируя это, политику паузы, которую провозгласил весной Леон Блюм. Он пустил все на самотек, более или менее сознательно выжидая, пока Народный фронт не будет ослаблен достаточно, чтобы стало возможно сформировать правительство, способное добиться доверия владельцев капиталов», – писал Франсуа Гогель.

Тем временем международная обстановка становилась все тревожнее. Итало-германская «ось», цементированная совместной интервенцией в Испании, перерастала в агрессивный военно-политический блок, прочности которого уже не грозило, как в прошлом, соперничество Берлина и Рима из-за Австрии. В сентябре 1937 г. Муссолини встретился с Гитлером и присутствовал на маневрах германской армии. В ноябре Италия присоединилась к германо-японскому «Антикоминтерновскому пакту».

b-6

Позорная комедия «невмешательства», дискредитировавшая англо-французскую политику в глазах малых стран, толкала их па поиски сближения с державами «оси». Бельгия по просьбе Германии заявила об отказе пропустить в случае войны иностранные войска через свою территорию. Несмотря на усилия французского министра иностранных дел Дельбоса, совершившего поездку по столицам стран Восточной Европы, Югославия сблизилась с Италией, Венгрией и Германией. Румыния, Польша последовали ее примеру. Малая Антанта, а вместе с ней и вся система союзов, созданная Францией в 20-е годы, оказались под вопросом. Лихорадочное перевооружение гитлеровской Германии свидетельствовало о растущей опасности войны.