Развертывание массовой внепарламентской борьбы



Без развертывания массовой внепарламентской борьбы прогрессивным силам во главе с ФКП вряд ли удалось бы обезвредить мятежные лиги, парализовать заговор фашиствующей реакции в парламенте и государственном аппарате. Но сама эта борьба могла развиваться столь успешно только потому, что ее платформа, отвечавшая непосредственным социальным требованиям самых различных слоев трудящихся, носила общедемократический характер, вписывалась в рамки традиционных лозунгов левого лагеря, которые приобрели тем самым принципиально новое звучание. Она развивалась параллельно как на улице, так и на выборах, внутри представительных учреждений снизу доверху – от муниципальных советов до парламентских палат.

Народный фронт, возникший не только и не столько как обычный предвыборный блок, но прежде всего как орудие активного сопротивления угрозе насильственного фашистского переворота и залог проведения ряда коренных прогрессивных реформ, привел к двум качественно новым явлениям. Во-первых, расстановка сил в парламенте отныне в большей степени, чем когда-либо прежде, зависела от хода классовых битв в стране. Во-вторых, динамическое воздействие крайне левого крыла фронта – ФКП на общий его курс оказалось на первых порах гораздо эффективнее, нежели тормозящая инерция соглашательских центристских элементов, хотя численно они значительно превосходили тогда коммунистов.





«Внешне чередование политических циклов происходило согласно традиции, ибо против правых снова возник картель «защиты республики», объединивший все левые силы без исключения. Но без 6 февраля эта волна, принявшая масштабы наводнения, не поднялась бы так высоко и не хлынула бы так далеко, увлекая мобилизованные силы демократии на грань революции… Внешне все вошло в рамки республиканской законности. На деле атмосфера была революционной, и режим больше не избавился от нее… Центр тяжести власти переместился из парламента в ВКТ, от всеобщего голосования к давлению масс с помощью забастовок, из республиканской провинции в революционный Париж» – отмечал Андре Зигфрид.

Июньские забастовки 1936 г., сопровождавшиеся занятием рабочими заводов, отметили высшую точку движения Народного фронта. Последовавшие за ними социальные завоевания трудящихся (Матиньонские соглашения, законы об оплачиваемых отпусках, коллективных договорах, 40-часовой рабочей неделе и т. д.) знаменовали собой предел этого движения, после чего оно явно пошло на убыль.

b-12

Но эпоха Народного фронта не прошла бесследно. Она означала коренной, качественный сдвиг центра тяжести французской политической жизни влево. Коммунистическая партия окончательно превратилась отныне в могучую, организованную и массовую силу, которая во все возрастающей степени определяла судьбы Франции, органически сочетая вековые традиции демократии и патриотизма с идеями интернационализма и социализма.