Разброд в стане левых сил



В то время как правый лагерь шаг за шагом консолидировал свое единство, укрепляя сотрудничество откровенной реакции с радикалами на платформе жесткой финансовой политики, постепенного свертывания парламентской демократии внутри страны и «умиротворения» фашистских агрессоров вовне, в стане левых партий царил разброд.

Как уже неоднократно отмечалось выше, для СФИО всегда было характерно деление на три основных течения-правое (Ориоль, Грумбах), левое (Жиромский, Пивер, Ру) и центр (Блюм, П. Фор), причем руководство партией неизменно находилось в руках центристской фракции, лавировавшей между левыми и правыми. Теперь же печальный опыт первого пребывания у власти, поляризация политических сил и общее обострение классовой борьбы в стране резко усилили центробежные тенденции в рядах СФИО, поставив ее на грань раскола.





Прежние лидеры центра – генеральный секретарь Поль Фор и вождь парламентской группы, ведущий идеолог Леон Блюм возглавили враждебные течения. Хотя оба заявляли о своей оппозиции «декретам-законам» Даладье – Рейно, направленным против интересов трудящихся и ущемлявшим демократические свободы, они расходились по внешней политике: сторонники Фора по-прежнему открыто защищали «умиротворение» фашистских агрессоров, тогда как приверженцы Блюма после захвата Гитлером Праги формально критиковали его.

b-82

Однако сопротивление Блюма дальнейшим уступкам фашистским диктаторам было крайне непоследовательным. Одобряя мнимо «энергичные» заявления кабинета, Блюм и его единомышленники смягчали отрицательное отношение большинства социалистов к реакционному правительству в целом, внося тем самым путаницу в умы рядовых социалистов. Хаос в партии довершался тем, что бывшие троцкисты из группы «Социалистическое возрождение» (Зоретти, Ле Бай и др.) солидаризировались с Полем Фором в вопросах внешней политики.

В конечном счете пробным камнем позиций различных фракций, боровшихся внутри СФИО, а вместе с тем и центральным вопросом, от которого решающим образом зависели дальнейшие политические перспективы страны накануне одного из самых тяжелых испытаний в ее истории, стала проблема сохранения единого фронта двух рабочих партий, сотрудничества между социалистами и коммунистами.