«Матиньонские соглашения»



b-19

Хотя переговоры, по свидетельству Дюшемена, проходили «трудно, болезненно, но вежливо», без каких-либо инцидентов, представители еще недавно всемогущих хозяев чувствовали себя парламентерами армии, потерпевшей тяжелое поражение2. Им пришлось сразу же отказаться от ультимативного требования «уважения к праву частной собственности и свободе труда» – т. е. очищения бастующими занятых ими заводов, которое было первоначально выдвинуто ВКФП в качестве предварительного условия любых уступок по линии заработной платы. Видный деятель профсоюзного движения, коммунист Бенуа Фрашон писал впоследствии о матиньон-ских переговорах: «Мы выступали там обвинителями, которые говорили от имени миллионов пролетариев, и наши обвинения были страшны, неопровержимы»3. Предпринимателям предъявили документы, свидетельствовавшие о нищенском уровне заработной платы, бесчеловечных темпах, систематическом обмане при расчетах, грубом нарушении правил безопасности труда, преследовании профсоюзных активистов, занесенных в черные списки. Эти позорные факты были красноречивее любых доводов.





После двух заседаний состоялось подписание документов, вошедших в историю под именем «Матиньонских соглашений». Предприниматели вынуждены были предоставить рабочим общее повышение уровня заработной платы в среднем на 12% (для наиболее низкооплачиваемых категорий – женщин, молодежи – повышение зарплаты достигало 30-50%), признать права профсоюзов, в частности на заключение коллективных договоров, и создание для контроля над осуществлением этих прав института делегатов персонала, а также гарантировать, что в отношении забастовщиков не будут применены какие-либо санкции Co своей стороны делегация ВКТ заявила, что сразу после принятия этих условий дирекцией предприятий работа на них возобновится. «Победа достигнута!»- писала «Юманите» 8 июня. «В 1936 году капитализм подписал компромиссный мир с силами рабочего класса. В действительности он вышел побежденным из пятидесяти лет борьбы»2, – отмечал буржуазный экономист Лясер.

Немедленно вслед за подписанием Матиньонских соглашений Палата депутатов приступила к обсуждению целой серии важных социальных законопроектов. Сознавая слабость своих позиций, правые партии не оказывали сколько-нибудь серьезного сопротивления, а иногда даже волей-неволей присоединялись к большинству Народного фронта. 11 июня – еще до обычного в таких случаях создания парламентских комиссий по рассмотрению проектов – подавляющим большинством были приняты законы о введении двухнедельных оплачиваемых отпусков (563 голосами против 1) и коллективных договоров (528 голосами против 7), 12 июня – о 40-часовой рабочей неделе (385 голосами против 175). Таким же большинством они получили одобрение Сената. За ними последовали законы о пенсиях для шахтеров, амнистии заключенных и т. д.