Маневр Шотана



13 января 1937 г., сразу же после выборов бюро Палаты депутатов (во время которых часть радикалов голосовала против избрания коммуниста Жака Дюкло одним из вице-председателей), премьер выступил с чрезвычайно резкой речью, осудив забастовки работников общественных служб, пригрозив «дурным советчикам рабочего классам всей строгостью закона, заявив об отказе правительства от какого-либо контроля над переводом капиталов за границу и поставив вопрос о доверии. В ответ коммунист Артюр Раметт упрекнул кабинет в саботаже программы Народного фронта и указал, что группа ФКП воздержится при голосовании доверия. Подобное решение ни в коей мере не грозило устойчивости кабинета – в 1936 г. депутаты-коммунисты уже воздерживались при голосовании доверия кабинету Блюма в связи с политикой «невмешательства» в Испании. Но Шотан ухватился за этот предлог, чтобы обрушиться на компартию с нападками за «нарушение солидарности большинства». Между тем министры-социалисты, недовольные отказом от контроля над вывозом капиталов, вышли из состава правительства, которое подало в отставку, даже не дождавшись голосования доверия.

b-166





Маневр Шотана имел целью подготовить почву для исключения коммунистов из большинства и расширить его вправо за счет реакционных группировок, потерпевших поражение на выборах 1936 г. Именно так расценил ситуацию президент Лебрен, никогда не скрывавший своей враждебности к Народному фронту. Он поспешил предложить формирование нового кабинета Жоржу Боннэ- главному инициатору антинародной финансовой политики правительства Шотана, ярому стороннику «умиротворения» фашистских агрессоров. Но фигура Боннэ оказалась чересчур одиозной – против нее выступили не только ФКП и ВКТ, но также Постоянная административная комиссия СФИО и Национальный комитет Народного объединения. Даже «комитет Кадийяк» – совместное заседание исполкома и парламентских групп партии радикалов, поддержавший Боннэ, одновременно заявил о своей верности Народному фронту. Это говорило о том, что настроения избирателей еще исключали открытый «переворот большинства». Боннэ пришлось отказаться от дальнейших попыток.

Следующим на «беговую дорожку» Бурбоиского дворца был выпущен Леон Блюм. Национальный комитет Народного объединения и «делегация левых» в Палате по инициативе коммунистов высказались за правительство Народного фронта, полное решимости целиком осуществить его программу. Подтверждая позицию, занятую ФКП уже в момент падения первого кабинета Блюма, Жак Дюкло заявил на митинге в помещении Зимнего велодрома о готовности компартии взять на себя часть правительственной ответственности в кабинете, созданном «по образу и подобию Народного фронта». Многочисленные собрания трудящихся в столице и провинции выразили свою поддержку такому решению кризиса.