Голосование по вопросу о присоединении к Коминтерну



b-145

29 декабря состоялось голосование. За проект левых было подано 3208 мандатов, за резолюции Блюма – Паоли и Прессмана – соответственно 1022 и 60 мандатов при 397 воздержавшихся и 32 отсутствовавших. 44 мандата собрала левацкая резолюция Леруа. «Сопротивленцы» и «реконструкторы» покинули съезд и объявили о создании отдельной партии, внеся в ряды французского рабочего движения раскол, от которого оно страдает вплоть до наших дней. Но в то же время Турский съезд явился отправной точкой процесса формирования боевого революционного авангарда французских трудящихся – коммунистической партии, мужественная борьба которой за мир, демократию и социализм полностью изменила всю картину политической жизни страны. «С нами – вся боевая рабочая Франция, восставшая против капиталистического строя – строя войны и банкротства, грабежа, эксплуатации и рабства», – говорилось в манифесте, единодушно принятом делегатами съезда в Туре. В состав избранного па съезде нового руководящего комитета вошли Кашен, Фроссар, Гурдо, Леви, Репу, Вайян-Кутюрье, Блан и др.





За сторонниками III Интернационала из 200 тыс. членов партии пошли 150-180 тыс. человек в федерациях не только ведущих индустриальных департаментов (Сена, Па-де-Кале, Рона, Буш-дю-Рон), но и ряда сельскохозяйственных (Крез, Коррез, Эн, Дром и т. д.). Коммунистическая партия сохранила за собой центральный партийный орган «Юманите», тираж которой достигал 200- 300 тыс. экземпляров. Создание партии приветствовали многие выдающиеся представители французской интеллигенции – Ромэн Роллан, Анри Барбюс, Анатоль Франс, Поль Синьяк, Франсуа Олар и другие; часть их объединилась в союз «Клартэ».

Тем не менее, прежде чем стать серьезной силой, спаянной идейным единством, располагающей дисциплинированной и гибкой организацией, богатым, разнообразным тактическим арсеналом, тесно связанной с массами, ФКП пришлось пройти большой и нелегкий путь. «Преобразование старого типа европейской парламентской, на деле реформистской и лишь слегка подкрашенной в революционный цвет партии в новый тип партии, в действительно революционную, действительно коммунистическую партию, это – вещь чрезвычайно трудная. Пример Франции показывает эту трудность, пожалуй, всего нагляднее», – отмечал В. И. Ленин.

Необходимость переноса центра тяжести с предвыборной пропаганды через печать, с муниципальной и парламентской деятельности на повседневную политическую работу каждого активиста в массах требовала не только коренного обновления теоретического арсенала партии в свете опыта мировой войны и Великой Октябрьской социалистической революции, но и установления новых взаимоотношений между низовыми организациями и руководством партии, между последним и парламентской группой, редакциями партийных газет, между партией и профсоюзами, партией и Коминтерном. Задача консолидации партийных рядов, решительного разрыва с традициями социал-демократии вступала в известное противоречие с задачей поисков тех или иных форм сотрудничества с трудящимися, шедшими за реформистскими, левобуржуазными партиями и массовыми организациями, весьма далекими от революционного марксизма.