Формирование Национального блока



b-60

Формирование Национального блока с участием даже откровенных монархистов из лиги «Лксьон франсэз» (Леон Додэ) свидетельствовало о крайнем обострении основного классового антагонизма французского общества: в момент бурного подъема стачечного движения первых послевоенных лет буржуазия сплотила свои ряды перед лицом революционного пролетариата. Помимо подавления «внутреннего врага» эта консолидация имела целью также проведение в жизнь империалистической внешней политики борьбы за гегемонию Франции в послевоенной Европе.





Период господства Национального блока (1920- 1924 гг.) был отмечен повышением стабильности правительств. За четыре с половиной года у власти сменились шесть кабинетов (два министерства Мильерана, одно министерство Лейга, одно министерство Бриана и два министерства Пуанкарэ), причем первые три из них по сути дела были одним и тем же – правительственные кризисы носили сугубо протокольный характер, связанный с избранием президентами республики Дешанеля, затем Мильерана, и не влекли за собой даже частичной перетасовки министерских портфелей. Глава же двух последних кабинетов блока – Раймон Пуанкарэ оставался у власти 29 месяцев

Следующим важным событием, уточнившим истинную расстановку классовых и политических сил, явились выборы в январе 1920 г. главы государства в связи с истечением полномочий Пуанкарэ. Наиболее вероятной кандидатурой в президенты считался премьер Жорж Клемансо. Однако на предварительном заседании «республиканских» партийных групп Палаты и Сената (в котором впервые участвовали не только социалисты и радикалы, как до войны, но и некоторые правые – клерикалы) он получил всего 389 голосов против 408, поданных за бесцветного Поля Дешанеля, председателя Палаты депутатов, и снял свою кандидатуру. 17 января объединенное заседание обеих палат в Версале избрало Дешанеля президентом республики.

Неожиданный на первый взгляд провал Клемансо объяснялся многими причинами. Левые партии не могли простить ему измены партии радикалов, вождем которой он некогда являлся, и жестокого подавления рабочего движения в предвоенный период, правые – отхода от первоначальной империалистической программы Франции на Парижской мирной конференции (отказ от требования левого берега Рейна в обмен на англо-американские гарантии границ, оказавшиеся иллюзорными), а также его воинствующего антиклерикализма. Известную роль сыграли и личные моменты – «тигр», свергший не один десяток министерств, нажил много непримиримых врагов среди парламентариев самого различного политического оттенка. Один из таких врагов, Аристид Бриан, которого Клемансо терпеть не мог, стал главным закулисным организатором разношерстной оппозиции, запугивая правых депутатов-католиков в случае избрания престарелого Клемансо президентом небывалой в истории Третьей республики перспективой – гражданских похорон главы государства.

Однако в конечном итоге неудача Клемансо обусловливалась иным, гораздо более серьезным социально-политическим фактором: в то время как значительная часть верхушки господствующего класса после опыта войны и Великой Октябрьской социалистической революции была настроена в пользу усиления авторитарных тенденций государственной власти, ее временные союзники – широкие круги мелкой и средней буржуазии решительно противились им, по-прежнему усматривая в парламентском режиме самую надежную гарантию своих интересов. «Неписаные законы республики не позволяли избрания на президентский пост человека, престиж и авторитарный характер которого давали ему возможность возродить прерогативы главы государства, запрещенные обычаем,- писал социолог Франсуа Гогель. – Действительно, было вполне вероятно, что в случае избрания Клемансо не удовлетворится «поддержанием равновесия между органами государственной власти», а захочет сам править страной».