Дипломатическая история Мюнхена



Дипломатическая история Мюнхена достаточно хорошо известна’. Первый кризис в связи с требованиями «автономии» со стороны руководимых и поддерживавшихся Берлином нацистских организаций судетских немцев во главе с Генлейном произошел в мае 1938 г. Затем последовала миссия британского дипломата Ренсимена в Прагу, имевшая целью оказать нажим на чехословацкое правительство и побудить его к уступкам. В начале сентября, когда Гитлер выступил с вызывающей речью на съезде нацистской партии в Нюрнберге, кризис вновь приобрел острые формы. «Фюрер» судетских немцев Ген-лейн потребовал уже не автономии, а присоединения Су-детской области к Германии. Британский премьер Чем-берлен встретился с Гитлером в Берхтесгадене, приняв все основные требования фашистского диктатора. Однако последний, ободренный первым успехом, не замедлил выдвинуть новые, еще более жесткие условия. Второе свидание Чемберлена с Гитлером в Годесберге окончилось безрезультатно. Военный психоз достиг своего апогея: срок германского ультиматума истекал в 14 часов 28 сентября 1938 г. По предложению Муссолини, 29 сентября в Мюнхене собрались главы правительств и министры иностранных дел четырех держав – Германии, Италии, Англии и Франции. В течение нескольких часов судьба Чехословакии была решена – независимая суверенная страна под угрозой расправы потеряла важнейшие в экономическом и стратегическом отношении области, оказалась полностью беззащитной.

b-159





Ее союзница Франция не только не пришла к ней на помощь, но и приняла прямое участие в давлении Гитлера, Муссолини и Чемберлена на Прагу. Уже в мае, когда в ответ на первые наглые домогательства Германии чехословацкое правительство объявило мобилизацию, министр иностранных дел Боннэ публично заявил на пресс-конференции о готовности Парижа выполнить свои договорные обязательства, но в то же время предпринял тайный демарш перед чехословацким посланником Осуским, выразив надежду, что мобилизация будет приостановлена. Германскому послу Вельчеку он прямо дал понять, что в случае «непримиримости» Праги Франция пересмотрит обязательства по договору о взаимопомощи. Столь же двуличная линия проводилась Даладье и Боннэ во время второй, сентябрьской фазы кризиса, завершившейся Мюнхенской капитуляцией. Негласное давление на Прагу, оправдывавшееся ссылками на неспособность французской армии к наступательным действиям, нежеланием Англии ввязываться в войну, а Польши и Румынии – пропустить советские войска через свою территорию, попытками извратить позицию СССР, с самого начала решительно высказавшегося за отпор агрессору, перемежалось отдельными «твердыми» декларациями и мерами по частичной мобилизации войск. Последние были адресованы не столько Гитлеру, сколько французской общественности, которую правительство стремилось запугать призраком войны, сняв с себя морально-политическую ответственность за измену союзническому долгу’.

Каждый этап мюнхенской трагедии сопровождался ожесточенной внутриполитической борьбой во Франции. «Целостность Чехословакии – это мир», – подчеркивалось в заявлении ЦК ФКП от 20 сентября. Заявление призвало коммунистов сосредоточить все силы на разоблачении капитулянтской пропаганды и на организации массовых действий в стране. По призыву объединения профсоюзов Парижского района делегации посетили чехословацкую миссию, выразив солидарность французских трудящихся с Чехословакией. Ввиду чрезвычайной обстановки рабочие прекратили стачки.