Деградация парламентского режима



Дальнейшее развитие событий в стране вплоть до начала второй мировой войны характеризовалось тремя главными чертами: окончательным превращением проблем внешней политики в центральный пункт борьбы классов и партий, неуклонным ростом влияния крайней реакции в правящем блоке и быстрой деградацией парламентского режима, внутреннее разложение которого явилось одной из важных предпосылок как военного разгрома Франции в 1940 г., так и создания профашистского марионеточного режима в Виши после него.

b-127





Наиболее характерной особенностью политической ситуации был раскол обоих традиционных лагерей – как левого, так и правого8 связи с политикой «умиротворения» фашистских агрессоров. Однако в отличие от периода 1934_1936 гг. раскол этот затронул левые партии гораздо глубже и чувствительнее, нежели правые. В стане реакции основная масса наиболее влиятельных деятелей решительно поддержала мюнхенский курс и лишь сравнительно небольшая группа последовательных националистов типа Анри де Кериллиса выступала против капитулянтства перед державами «оси». Среди левых сторонники сопротивления фашистским диктаторам – коммунисты, некоторая часть социалистов и радикалов-оставались в меньшинстве по сравнению с защитниками Мюнхена. Правоцентристский блок, окончательно кристаллизовавшийся в декабре 1938 г., скреплялся единством радикалов с правыми как во внешней, так и в финансово-экономической политике, тогда как левая оппозиция ФКП – СФ110. единодушно выступавшая против последней, резко расходилась по коренным международным проблемам.

Мюнхенский сговор изображался его адвокатами во Франции не только и не столько как простое отступление англо-французов переД германо-итальянским блоком, сколько как начало новой политики «концерта четырех великих западных держав», из которого СССР был демонстративно исключен- Гитлеровская Германия получала при этом привилегированную сферу экспансии на востоке Европы – сначала за счет балканских и приду-найских стран, затем Советской Украины, тогда как колониальные державы – Англия и Франция, укрывшиеся за Ламаншем и «линией |Аажнно», призваны были сосредоточиться на эксплуатации ресурсов их колониальных империй. Подобная концепция активно поддерживалась не только правыми от де ля Рока и Анрио до Фландена и Лемери, но также радикалами: резолюции по внешней политике съездов профашистской Французской социальной партии (ПСФ) в декабре 1938 г. и сессии исполкома партии радикалов в январе 1939 г. совпадали почти текстуально. В ходе дебатов в Палате депутатов внешнеполитическая линия Даладье – Боннэ была одобрена тем же правым большинством, которое впервые определилось двумя месяцами ранее в связи с социально-экономическими делами: 379 голосами против 332. В Сенате оно было еще крупнее – 287 голосов против 15. Один из видных мюнхенцев, Стефан Лозанн, писал на страницах правой газеты «Матэн»: «Наша безопасность охраняется не на Дунае, Висле и Босфоре, а на Вогезах, Альпах, Пиренеях вдоль Атласских гор. Именно там должны концентрироваться усилия Франции».